Из книги "Современное израильское изобразительное искусство с русскими корнями".

Валентин Шкода

Мир с натуры и изнутри

4 августа 2009 года в Тель-Авиве, в Российском культурном центре открылась выставка Валентина Шкоды «Вчера, сегодня и всегда», приуроченная к 50-летию творческой деятельности художника из Ришон-ле-Циона. В экспозиции представлено 32 работы маслом и 14 графических иллюстраций. Пейзаж, натюрморт, фигуратив, портрет – таковы «рабочие» жанры художника. Присмотримся к ним повнимательней.

Осевшие снега, река в разливе, лесняк, удваивающийся в отражениях талой воды. Могучий лось, преодолевая распутье, направляется к вытаявшим стожкам сена («Тающие снега»). А вот мир другой части планеты – страны, где море ласкает дельфинов, сливающихся с пенным кружевом волн. И неизбывна радость созерцания чуда бытия, читаемая в ритмических каденциях волн («Дельфины (Море обетованное)»).

Валентин Шкода – мастер и натюрморта, но, в отличие от «неживых», искусственных композиций, выстроенных как на показ, его натюрморты эмоционально иные – они «человечные». Казалось бы, ну что особенного: никелированный самовар, белый заварочный чайничек, лимон, сахар-рафинад на блюдце, чтоб вприкуску... Но всё сервировано на подносе так, словно в ожидании конкретного человека, для кого не только горячий чай, но и тепло души. Смотришь и думаешь, что этот кто-то вот-вот должен войти. Или нет, почему-то только что вышел, но скоро вернется («Остывающий чай»). Состояние ожидания пронизывает и натюрморт «Фрукты для мамы», запечатлевший живописную корзину с виноградом, грушами, яблоками, бананами, – вот такой праздник вкуса!

И все-таки любимый жанр художника – реалистический портрет. Вот что говорит об этом сам Валентин Шкода: «Для меня портрет – один из главных жанров пластического искусства. Настоящий реалистический портрет – это произведение сложное, по которому должна узнаваться эпоха, социальная среда. Но всё это должно прочитываться через натурный образ и характер, поэтому иногда возможно даже что-то преувеличить, что-то заострить, но сохранить при этом сходство изображения с оригиналом. И еще, что для меня очень важно: внешний облик должен отражать духовную сущность для будущих поколений, каким был наш современник».

И действительно, представленные на выставке портреты – летопись жизни художника и людей, которые его окружают. Это портреты отца – ветерана войны 1941–1945 гг., жены Лены, дочери Ирины, сына Андрея, внуков Паши, Вали, Олежки... старика-ветерана, девушки-полицейской из Ришон-ле-Циона, депутата Михаила Райфа... Каждый из портретов в равной степени заслуживает, чтобы о нем говорили, и это будет справедливо. Но приведем лишь один из примеров работы портретиста над художественным образом. Вот внук – краснощекий вихрастый загорелый мальчуган, кажется, вот-вот вбежал в комнату и сел в кресло... Теперь внук выше деда. Только несложно выделить парнишку на портрете другого года – по пытливому спокойному взгляду и теплу, запрятанному в нем. Замечательно выполнен портрет Михаила Райфа, депутата мэрии Ришонле-Циона, помогающего не словом, а делом утвердиться русской культуре в Израиле.

Общее для всех портретов – то, что художник находит синтетический момент, в котором концентрируются не только характерные черты изображаемого человека, но словно проходит жизнь – прошлое, настоящее, а подчас и будущее. Так реалистический портрет становится художественным образом.

Но это тот Валентин Шкода, каким мы знаем его в Израиле. Между тем жизнь художника в искусстве такова, что не сказать о его творческой судьбе до репатриации – всё равно что не сказать, может быть, даже главного.

Итак, родился В. Шкода в 1935 году на Украине, в Днепропетровской области, Запорожском районе. Жил в Крыму, окончил Симферопольское художественное училище имени Н. Самокиша (ныне Академия художеств), затем Львовский полиграфический институт имени И. Федорова, защитив диплом с серией литографий на крымские сюжеты. Трудовая деятельность Валентина Шкоды была связана с Художественным комбинатом Союза художников СССР, где он был художником высшей квалификации. Его кисти принадлежат настенные росписи в Евпаторийском детском санатории, областной детской больнице, многочисленных домах отдыха в Крыму.

Но ярче всего дарование Валентина Шкоды проявилось в создании диорам, оживляющих историю, археологическую древность, природу Крыма. Наверное, это не случайно, учитывая, что Симферопольское художественное училище, которое закончил В. Шкода, носит имя Николая Семеновича Самокиша – одного из лучших учеников Франца Алексеевича Рубо (1858–1928), создателя первых русских диорам («Оборона Севастополя», 1902–1904; «Бородинская битва», 1911–1914), основоположника этого синтетического жанра в изобразительном искусстве. Валентин Шкода – создатель одиннадцати диорам, в том числе грандиозной анималистической диорамы в Музее природы Академии наук Украины (холст, масло, 40 кв. м, 400 х 1000 см).

Среди батальных диорам Валентина Шкоды самая значительная – «Бой в деревне Светлово». Художник выполнил не только «задник» – фигуратив, включающий более шести десятков персонажей, но и весь предметный план, дополняющий гигантский холст в 40 квадратных метров. Нередко это сделано так, что объемная часть словно сливается с изображением. Так, например, висящая кисть раненного в руку бойца переходит с задника на предметный план, «обретая» объем. И ведь этот «осязаемый мир» тоже нужно было сотворить. «Сколько досок пришлось переломать, – вспоминает художник, – для того чтобы сделать взорванный мост таким, как если бы его и впрямь взорвали. Пушки, снаряды – всё делал сам. Только патронов десяток тысяч, а на каждом дереве – по двенадцать-пятнадцать тысяч листочков. Потом сам подбирал и “озвучку”– звуки боя и “Похоронный марш на смерть героя”из Героической симфонии Бетховена».

Как удалось Валентину Шкоде достичь в своей работе такого эффекта достоверности? Сказался фундаментальный подготовительный этап, выезды на место происходивших событий, создание многочисленных этюдов и эскизов, изучение материала, встречи со специалистами-историками. Диорама «Бой в деревне Светлово», созданная Валентином Шкодой, сочетающая живопись, предметную композицию, звуковое оформление, и сейчас открывает горизонты зрительского восприятия, напоминая о том, что до Малахова и Мамаева курганов были бои вот в таких деревнях, как Светлово...

Валентин Шкода – интересный театральный художник. На протяжении многих лет он сотрудничал с Крымским украинским театром оперетты, выполняя декорации ко многим спектаклям. Так, «Запорожец за Дунаем» с его декорациями стал «визитной карточкой» театра.

С 1959 года и до настоящего времени художник постоянно выставляется. Назовем лишь некоторые места его персональных выставок: Симферополь, Севастополь, Киев, Москва, СанктПетербург, Таллинн, Рига, Вильнюс, Лугано, Варшава, Бостон, Прага, Ришон-леЦион, Тель-Авив, Иерусалим.

В 1998 году художник репатриировался в Израиль. Он член Объединения профессиональных художников Израиля.

Валентин Шкода разработал макет диорамы «Маккавееи», оживляющий страницы истории, связанной с восстанием Маккавеев. Думаю, что напоминание об этом сегодня более чем актуально, учитывая символичность этой темы в историко-культурном осмыслении Израиля. Грандиозный проект художника пока не находит поддержки в финансовых кругах Израиля, а жаль. Сто лет назад мэтр русской живописи П. Чистяков говорил о диораме как о «жанре будущего» для русского изобразительного искусства. Нынче некоторые из представителей этого жанра здесь, в стране и могли бы вдохнуть в него жизнь на материале истории Израиля. Ведь по-прежнему художническая нерукотворность живет, не подвергаясь коррозии времени, живет вопреки компьютерной графике, живет как эстетическая и этическая грань Прекрасного.